поиск
×
Общество

Вопреки ұяту: истории из Дома мамы в Кокшетау

Любовь, надежда и предательство – подопечные Дома мамы в Кокшетау поделились своими историями.

Kazakh24 Info
07 августа 2022 года в 16:07

Вопреки ұяту: истории из Дома мамы в Кокшетау
Фото: Kazakh24.info / Асель Турар

Сегодня в кокшетауском Доме мамы живут четыре мамочки и их малыши. Девушки рассказали корреспонденту Kazakh24 Info свои непростые истории – о любви, надеждах, предательстве. Хочется верить в счастливое продолжение, отчасти потому, что героиням вовремя протянули руку помощи.

Искала любовь, которой не было дома

Дом мамы находится в коттеджной части города Кокшетау. Уютный дворик с банькой и «гаражиком» из детских колясок. Просторные светлые комнаты, где есть все нужное для девушек и их малышей: мебель и бытовые приборы, еда и игрушки.

В настоящее время здесь живут четыре мамочки. Когда мы пришли, две девушки готовили ужин: одна из них ушла в город по делам, другая присматривала за ребятишками. Из комнаты выходить не захотела: ұят.

Будни большой семьи. Во всяком случае, так кажется на первый взгляд. Все абсолютно бесплатно. А еще ценно то, что в самые первые дни после роддома молодые мамы учатся друг у друга пеленать, купать, кормить малышей. Их истории зачастую похожи, это придает уверенности и сил строить планы на будущее. Здесь царят целебные покой и гармония. Именно здесь, пожалуй, рождается любовь матери.

22-летняя Вероника (имя изменено) приехала из Степногорска. Там она жила вместе с мамой и отчимом, который, похоже, падчерицу не особо жаловал. Раздражала она его: нескладная, лишняя. Вера жаловалась маме, но та отмахивалась: «Тебе кажется, все придумываешь, глупая, за собой смотри лучше».

Вероника старалась реже бывать дома, все больше времени проводила на улице. На работе, девушка трудилась на автомойке, ей стал уделять внимание мужчина. Это молоденькой девчушке льстило. К тому же поклонник говорил о сильных чувствах и серьезных намерениях. А любви Веронике ох как не хватало.

И ничего, что был женат, ключевое слово – «был». К тому же бывшая намного старше и его, и уж тем более ее, Веры. Он просил ребенка – вскоре девушка показала ему тест с двумя полосками. Любимый выглядел счастливым, но вскоре пропал. Вроде как вернулся к жене.

Веронике домой с животом никак нельзя было. До самых родов девушка работала грузчиком – таскала на себе разные мешки и ящики. Однажды ей стало плохо, давление скакнуло за двести – и родилась дочка.

«Недавно он объявился. Просил по телефону прощения. Сказал, что хочет быть отцом. Я, если честно, рада. Трудно одной, да и люблю его. И я всегда мечтала о семье, где все – друг за друга горой. Но, боюсь, с ним такой не получится. Предавший однажды, обязательно предаст снова», – рассуждает молодая мама.

От кризиса – к ресурсу

Этот уютный коттедж в Кокшетау стал для Вероники настоящим спасением. С 2013 года фонд уберег от сиротства более 5 300 казахстанских детей. Сегодня ресурсные центры «Дом мамы» работают в 18 городах, всего их по стране – 21.

В Кокшетау Дом мамы открыли в 2014-м, за это время он стал пристанищем для 223 женщин и 257 детей.

Идея проекта – сделать все для того, чтобы предотвратить отказ от новорожденного ребенка и тем самым работать на снижение количества социальных сирот. Ведь зачастую на такой шаг женщин толкает отсутствие крыши над головой, элементарно еды и моральной поддержки близких.

«Поначалу мы работали как кризисный центр, стараясь во что бы то ни стало сохранить младенцев рядом с мамами. А потом наблюдали за их судьбой. И знаете, нередко оказывалось, что выйдя из Дома мамы, не будучи способной зарабатывать деньги и воспитывать ребенка, она все равно оставляла его. Поэтому мы поменяли акценты и теперь работаем как ресурсный центр – на опережение, предупреждение сиротства. Помогаем женщинам решить проблемы со здоровьем, жильем, трудоустройством, детсадом, избавиться от вредных привычек, привести в порядок документы... И если все это не сработало, только тогда подыскиваем ребятишкам приемные семьи», – рассказала региональный специалист ОФ «Ана Үйі», координатор ресурсного центра «Дом мамы» в Акмолинской области Куралай Джумабекова.

Ресурсный центр тесно сотрудничает со всеми звеньями, имеющими отношение к детям, – акиматами, поликлиниками, перинатальным центром, органами опеки, управлением координации занятости и социальных программ, полицией, детдомами. По мнению Джумабековой, нужно открыть больше семейных центров – по профилактике социального сиротства, разводов, бытового насилия. Каждый ребенок имеет право на счастливое детство, для этого взрослым нужно очень тесно объединиться.

Десять шагов от того, кто любит

Буквально в день нашего интервью Куралай Габдулгамаровна поделилась радостью: получилось спасти от приюта еще одного малыша.

«Я только из роддома. Представляете, девочка, 19 лет. Собралась писать отказную. Младенец прекрасный, здоровый. Два с половиной часа говорила с ней. Поначалу спектакль: родители пьяницы. Мама на лечении в клинике для алкоголиков. Показывает номер – не зарегистрирован. Оказалось, поменяла одну цифру. Постепенно начала открываться: парень научил. Показала всю переписку: он ей пошагово объяснял, что говорить и делать. Позвонила в полицию: на девушку оказывают давление, вызвали парня. Он все валит на нее. А там папа – инженер, мама – библиотекарь в школе. Живут в Саумалколе и не подозревают, что стали бабушкой-дедушкой. Позвонила им – срочно выехали за дочерью и внуком», – радуется собеседница.

В Доме мамы можно находиться полгода. Но это условно, если обстоятельства, то можно и больше. Например, сыну 20-летней Оксаны восемь месяцев. У мальчика искривление ножек, он проходит долгое лечение у местных хирургов и ортопедов. В этой истории нет предательства, скорее, наоборот. Молодой человек Ксюши незадолго до рождения сына оказался в местах заключения. Девушка, несмотря на уговоры родных и самой Куралай Джумабековой, вписала его отцом в документы.

«Дали шесть лет, год прошел. Осталось пять, а может, и того меньше – за примерное поведение. Он старается – я тоже. Каждый делает свои «десять шагов». Здесь мы с девочками всячески поддерживаем друг друга. Вместе убираем, готовим, печем, шьем, варим варенье. Пособие по уходу за ребенком до года и адресную социальную помощь откладываем. Выйдем отсюда – понадобятся», – поделилась Оксана.

О казахском «ұят» и суровых свекровях из 90-х

Куралай Габдулгамаровна рассуждает о причинах, по которым девчонки оказываются в кризисном центре с малышом на руках. Они стандартные: бросил парень, родители сказали «ұят» и «көзіме көріңбе», негде и не на что жить.

«Опозорила – пожалуй, встречается, пожалуй, чаще всего. Точнее, встречалось. Сейчас я все чаще сталкиваюсь с историями, где потенциальная свекровь не принимает в невестки. Парень хочет, девушка согласна. А его мама – ни в какую. Ну, это суровые женщины из 90-х годов, которые пережили разруху, и семьи вынесли на своих, можно сказать, плечах. Они не позволили себе легкомыслия родить больше одного-двух детей. Вообще к рождению ребенка относились очень серьезно, ответственно. Эти сегодняшние свекрови когда-то соглашались на любую работу, возили в клетчатых сумках товар и отказывали себе во всем. Они не согласны отдать своих сыновей за первую встречную, без образования и тем более не побоявшуюся принести в подоле», – говорит Куралай Габдулгамаровна.

Легкая любовь

«Я не говорю о четверых девушках, которые у нас сейчас живут. В целом о том, что тревожит в современной молодежи. Они запросто могут переспать, а утром разойтись, как ни в чем не бывало. Соцсети многое опять же упрощают. Раньше, чтобы закрутить роман, нужно было как минимум встретиться, ухаживать. А сейчас – просто списались, адрес, такси, ночь. Я часто гуляю по вечерам на набережной. Молодежь очень откровенна, могут даже на песке сексом заниматься. Часто вижу неприлично ведущих себя парочек на лавочках в парке, на остановках. А ведь это совсем еще дети», – разводит руками Куралай Джумабекова.

По ее мнению, нужно усиливать, как ни архаично это звучит, идеологию, пропаганду духовных ценностей. И начинать нужно даже не с колледжей, где мальчики и девочки вовсю практикуют взрослую жизнь, а в семье и школе.

Приоритеты в воспитании мамы 11 детей

Куралай Габдулгамаровна – личность в Акмолинской области легендарная. Мама 11 детей, пятеро из которых – приемные. Старшему сыну 30 лет, младшей дочери – четыре года. О том, какие проблемы подстерегают на каждом возрастном «углу», знает не понаслышке. В 18-19, вспоминает, девочки например, грезят о любви, хотят замуж и стать мамой.

«Две мои приемные дочери, Вика и Танюшка создали семьи. Альбина окончила колледж, ей 20. Обрадовала решением учиться дальше, получить высшее образование. А, помнится, спорила, хотела в кондукторы податься. Университеты не привлекали. Но приоритеты поменялись. Максим и Андрей учатся в спортшколе олимпийского резерва в Петропавловске. Скоро мои мальчики станут совершеннолетними. Предложила усыновить, чтобы уберечь от ярлыка «детдомовские». Максима подаю, а Андрюшка вернется к маме. Она у него сумела вылечиться от алкоголизма. Не хочет бросать ее, вдруг снова сломается. Умница парень», – с гордостью говорит многодетная мать.

В своих детях она воспитала два главных, по ее мнению, качества: самостоятельность и ответственность.

«Я вообще считаю, самое лучшее, что могут сделать для своих детей родители, – научить в будущем обходиться без них, – комментирует Куралай Габдулгамаровна. – Наделить их набором умений и навыков. И еще, наверно, чувством внутренней свободы, веры в себя. Поначалу, конечно, я старалась угодить, быть самой хорошей, самой доброй. Постепенно мы становились родней, и грани стирались. Мы построили отношения на доверии. И еще один важный момент: я отзывалась об их мамах с уважением и благодарностью за то, что родили здоровых, замечательных детей».

Одиноким не предоставляется общежитие

Куралай Джумабекова входит во все комиссии, связанные с материнством и детством, поэтому знает, пожалуй, все непростые истории. И каждую попавшую в переплет мамочку.

Даже если ты на самом дне, шанс всегда есть, утверждает собеседница. С каждой координатор ресурсного центра «Дом мамы» составляет индивидуальный план на полгода. Поэтапно, на каждую неделю – пройти лечение, медицинский осмотр, устроиться на работу, снять жилье, определить ребенка в детсад... У кого-то больше пунктов, у кого-то меньше. Кто-то проходит  с первого раза, а кто-то срывается.

«Например, пролечилась, но пришла подружка, и она снова выпила пива... Наша цель – помочь избежать лишения родительских прав. И уже если все шансы профукала, подыскиваем родную семью. Это крайнее. Но это в городе – в глубинке все жестче. А у нас нулевая терпимость к неблагополучию у детей. Недавно в центр поддержки детей в Сандыктау привезли пятилетнюю девочку из атбасарского района. Мама была пьяной, органы опеки и постарались. Стали выяснять – оказалось, у этой мамы есть благополучный сын, ему 22, есть семья, работа. Он даже не знал, что сестренку отобрали и отвезли в интернатное учреждение. Еще есть бабушка и дедушка. Не хотели разбираться. А это человеческая судьба. Представьте, какое это горе для несчастного пятилетнего ребенка! Районам стоит обратить внимание на такие случаи».

У Куралай Джумабековой, можно сказать, «все схвачено»: есть договоренности – например, с клининговыми компаниями, автомойками. Помоешь машины с утра до вечера – 9 тысяч заработаешь. С работой сегодня проблем нет – было бы желание.